Поиск по сайту:   Задать вопрос в компанию Подписаться на рассылку Карта сайта
  Рыболовные туры на озёра Финляндии, морская рыбалка в Скандинавии




тел. (495) 938-5109; факс 938-0020
Москва, Ленинский проспект, 32А
Cхема проезда
E-mail: fish@rostravel.ru
Fishtour.ru Fishtour.ru Fishtour.ru
Главная страница

Заказ тура

Статьи и советы

Отзывы клиентов Фотогалерея Контакты





  для начинающих рыболовов
Тур 5
Сайменские острова
Место: Финляндия, деревушка Рехула

Озерная рыбалка на окуня, сига, судака с опытными гидами.
Опытнейший рыбак-гид обучит хитростям и ноу-хау рыбалки
Проживание в коттедже или доме рыбака


Цена: от €177




Северный плюс - Fishtour.ru
<<< Вернуться к списку статей


Статьи о рыбалке

СЕВЕРНЫЙ ПЛЮС

Статья Олега Шкловского, из №2'2007 размещена с разрешения редакции журнала «Playboy»

СЮДА НЕ ЕЗДЯТ ЛЮБИТЕЛИ МОДНЫХ КЛУБОВ, ШОПИНГА И БРОНЗОВОГО ЗАГАРА. НОРВЕГИЯ - КРАЙ ДЛЯ РЕДКОГО В НАШЕ ВРЕМЯ ТУРИСТА, КОТОРЫЙ ПРЕДПОЧИТАЕТ ВЕЧНЫЕ ЦЕННОСТИ - ХОРОШУЮ РЫБАЛКУ И УМОПОМРАЧИТЕЛЬНЫЕ ВИДЫ.  


ПОЛЕТ НОРМАЛЬНЫЙ

 
 Как и все скандинавское, аэропорт Осло своим видом напоминает предмет мебели из магазина Ikea - стеллаж из массива сосны, разросшийся до размеров огромного здания и без особых идей насчет того, чем его заполнить. Обилие самолетов за гигантскими окнами удивительным образом сочетается с практически полным отсутствием людей количество пассажиров вполне сравнимо с количеством служащих. Последние с абсолютно серьезным видом перемещаются по терминалу на самокатах для пущей быстроты. Впрочем, если говорить об аэропортах, отсутствие людей - это настолько же явный, насколько и редкий плюс. Компания, в которой я оказался в этих интерьерах, по большей части состояла из заядлых рыбаков. Всю дорогу, с кратковременными перерывами на общение с таможенниками и поиск багажа, они переговаривались друг с другом исключительно о новых веяниях в производстве плетеных лесок и мультипликаторных катушек. У меня же не было ни теоретических, ни практических навыков поддержания подобных бесед, поэтому и в самолете, и в аэропорту я читал путеводитель и изучал маршрут. Погода в Осло практически не отличалась от московских «плюс пятнадцати», однако норвежская столица вовсе не была конечной точкой нашего пути. Мы летели на Север и без того северной страны, в Вестеролен - архипелаг из шести крупных островов, иссеченных фьордами. Там солнце редко поднимается над горизонтом выше, чем на три пальца, зато ночью за освещение отвечает северное сияние. Настоящий рыбацкий рай, где я собирался если не почувствовать, то хотя бы понять, что заставляет людей часами смотреть на воду в надежде изъять что-нибудь из ее глубин.
Даже самолет до Харштада - северного аэропорта - уже навевал мысли о рыбалке: размером он был не больше рыболовецкого катерка и летел так низко, что моим попутчикам не раз приходилось бороться с желанием забросить снасть. Разница температур в Осло и Харштаде впечатляла - по пути от самолета к аэровокзалу пришлось срочно надевать на себя весь запас теплой одежды. Сказывалась близость моря: 5 градусов выше нуля, которые демонстрировал термометр, ветром и высокой влажностью живо превращались в минус 10. После шестичасовой дороги и радикальной смены климатических условий дело оставалось за малым: полтора часа на автобусе, через бесконечный пейзаж, состоящий из гор, воды, овец, а также незначительного количества людей, - и мы в Эвенесе, откуда и планировали начать свое путешествие.

РАЗМАТЫВАЙ УДОЧКИ

 
«И не забудьте про паховый ремень. Па-хо-вый!» - повторил гид. Я посмотрел в вышеупомянутую область и действительно увидел болтающийся там кусок материи с карабином на конце.
 «Пропустите его между ног и прикрепите к поясу. Он не позволит выскочить из спасательного жилета, если вы все-таки свалитесь за борт, чего я искренне не рекомендую делать», - подытожил сопровождающий. Предостережение насчет возможности свалиться за борт было в принципе лишним: светило яркое (хоть и низкое) солнце, Норвежское море было спокойным, однако на вид никто не дал бы этой воде больше двух градусов выше нуля. Вся наша группа стояла на палубе небольшого рыбацкого катерка. Плавсредство оказалось явно не самым современным, однако главные достижения научного прогресса на борту имелись: гальюн, камбуз, где можно приготовить пойманное, и GPS-навигация (капитан и два его помощника долго щелкали мышкой, прокладывая курс к рыбным местам). Тем временем инструктаж по технике безопасности закончился, и жилеты до возникновения какой-нибудь по-настоящему экстренной ситуации было решено снять. Впрочем, даже без паховых ремней каждый из нас выглядел весьма устрашающе: все щеголяли безразмерными комбинезонами оранжевого цвета. По заверениям гида именно в таких рыбачат все уважающие себя норвежцы, и надо сказать, вещь действительно оказалась очень полезной - благодаря ей мне впоследствии удалось не изгадить рыбьей чешуей одежду. Тем временем мы уже приближались к первому намеченному для рыбалки месту. Судно замедлило ход, и помощник капитана принялся раздавать снасти. Бывалые рыбаки конечно же, от них отказывались, всем своим видом демонстрируя, что доверяют только собственным крючкам.
У меня же своего оборудования не было, так что, пока они, косясь друг на друга, копались в своих ящиках, выбирая снасть, которая больше всего придется по вкусу здешним рыбам, я схватил тяжеленную блесну с гигантским тройным крючком, прикрепил ее к леске и отпустил катушку. Снасть весом килограмма полтора унеслась ко дну с такой скоростью, что запросто могла отправить к праотцам какого-нибудь неосмотрительно проплывающего под катером кита. Леска разматывалась долго, но, наконец груз ударился о дно. «Такая здоровенная штуковина наверняка должна заинтересовать рыб», - подумал я, а вслух поинтересовался, что же, собственно, мне делать дальше. «Тяни обратно, - ответили мне, - мы решили перейти на другое место». До дна было не меньше ста метров, а вытягивать полтора килограмма с такой глубины вращая катушку, мягко говоря, нелегко. Поняв, что я не скоро справлюсь с задачей, остальные рыбаки тоже решили попытать счастья здесь, и пока я, проклиная всех морских чертей, крутил рукоятку, они методично подергивали удилищами, пытаясь приманить рыбу. На полпути стало совсем невмоготу. Вдобавок к своему немалому весу снасть начала дергаться из стороны в сторону (я счел это проявлением непредсказуемых подводных течений, вроде Гольфстрима или чего-либо подобного). Впрочем, меня немного озадачило то, что чем дальше я тянул леску, тем интенсивнее становились рывки. Наконец я дотянул снасть до поверхности. На крючке билась рыба с вытаращенными то ли от перепада давления, то ли от открывшегося ей вида глазами. Рыбаки нахмурились и принялись дергать удилищами интенсивнее. «Менёк», - процедил один из них. «От менька слышу!» - хотел было парировать я, но гид объяснил, что меньком называется рыба, которую я только что поймал.

В ОДНУ ВОРОНКУ

 
   «Если вы видите, что катер приближается к большой волне, лучше привстаньте - вам будет не так больно», - предупредил нас гид. Я снова сидел в катере, в непродуваемом и непромокаемом комбинезоне, и беспокоился о паховой области. С той разницей, что на этот раз мне, похоже, действительно было чего опасаться. Дело в том, что катер предназначался вовсе не для рыбной ловли. Пара мощных моторов, крепкий каркас и наполненные воздухом баллоны вместо бортов - такие машины называются RIB и умеют развивать скорость в 40 узлов. Я не слишком хорошо представлял себе, что такое узел, но, когда человек с многозначительным выражением лица говорит, что их будет 40 -скорее всего, это много. В общем, только такие катера могут противостоять водовороту Сальстраумен, который образуется благодаря самому мощному в мире приливному течению, а направлялись мы именно к нему.
   Предложение встречать каждую волну стоя оказалось не более чем перестраховкой: трясло сильно, но пах оставался в безопасности. На моей голове был капюшон, на глазах - специальные очки, вроде тех, в которых работают сварщики. Поэтому, когда нашему капитану вздумалось разогнаться до тех самых 40 узлов, от брызг и ветра у меня онемела только нижняя половина лица. Хорошо хоть скакать по волнам пришлось не более 15 минут - мы стремительно приближались к самому узкому месту между скал, где и образовывался водоворот. На поверку вместо одной гигантской воронки нашему взору предстало множество весьма средних - каждая размером с наш катер. Одни исчезали, другие появлялись, и нам приходилось лавировать, чтобы не оказаться в центре какого-нибудь водоворота. Попутно гид рассказывал поучительную историю о том, как лет двести назад набожным норвежцам с правого берега каждый уик-энд приходилось переплывать на левый для того, чтобы посетить церковь. Делали они это так: в лодку клали несколько бревен и отправлялись в путь. Как только в опасной близости появлялась воронка, в нее кидали бревно, благода¬ря чему, повинуясь законам гидродинамики, водоворот закрывался. Так они и плыли, покуда хватало бревен, а хватало их далеко не всегда.

ЗАПОЛЯРНЫЕ МНЕНИЯ

 
  «Аллах акбар!» - весело произнес абсолютно белобрысый подросток и расплылся в улыбке, ожидая бурной реакции. Возможно, в израильском супермаркете или в московском метро все присутствующие легли бы на пол, прячась от шрапнели. но я находился слишком далеко от всех горячих точек на свете - в северной Норвегии, в городке Будё, в одном из немногих продолжающих свою работу после часа ночи баров - поэтому спокойно продолжал пить пиво. Не дождавшись адекватной, по его мнению реакции, юноша выругался на русском языке, продемонстрировав глубокое знание предмета. Ситуация совсем перестала походить на реальную: бар за полярным кругом, в стране, где даже днем алкоголь найти сложно, и в довершение - родная речь. Проявив любопытство, я выяснил, что юноша переехал сюда из Норильска вместе с родителями лет десять назад. Через год он собирается переежать в Осло и поступать в университет, а пока днем преспокойно ходит в норвежскую школу, а по ночам ошивается в баре и учит друзей крепким русским словечкам. В качестве доказательства он предоставил своего приятеля, который после нескольких слов по-норвежски, ни с того ни с сего вдруг выпалил «Я бухой!» и посмотрел на меня так, будто умолял поставить ему «пятерку». Я угостил его пивом. После недели путешествий по морю и нескольких десятков пойманных рыб, часть из которых была съедена, другая исчезла вместе с командой нанятых судов, а третья была отпущена по причине слишком юного возраста (такую же «мелюзгу», но выловленную в подмосковных реках обычно фотографируют, чтобы потом показать внукам), я, похоже, понял то, что надеялся понять. В Норвегии рыбалка - это нечто само собой разумеющееся. Похоже, даже рыба здесь не слишком обижается за то, что ее вытаскивают из воды и лишают жизни.

Фьорды

 
  Именно их в первую очередь мечтают увидеть все, кто приезжает в эту страну. Узкие и очень длинные морские заливы, кото¬рыми, после нефти и лосося, славится Норвегия, - результат деятельности ледников. Как бы там ни было, живописный ландшафт вовсе не уникален для северной страны.
Самый длинный (219 км) и глубокий (1308 м) фьорд находится в Норвегии, но схожие образования можно также найти в Новой Зеландии, на Аляске и в Шотландии.

Киты

 
  Город Даненес когда-то представлял собой деревню китобоев (в этом месте киты подходят к берегу особенно близко), а теперь является оплотом защитников этих млекопитающих. Охота на большинство видов под запретом, теперь здесь устраиваются своеобразные китовые сафари по принципу «смотри, но не трогай». Деньги, как водится, идут на исследования. А вот раньше китов, особенно кашалотов, истребляли как тараканов, и все ради содержащихся в их огромной голове сотен литров спермацетового масла, которое использовалось в качестве осветительного прибора - горит оно особенно ярким белым цетом.

Аквавит

 
  Крепкий напиток, который обязан продегустировать каждый гость страны. Норвежцы произносят это слово так, что полу чается какой-то оккиаит, впрочем, суть от этого не меняется: настоящий аквавит, чтобы получить право так называться, должен дважды пересечь экватор в дубовой бочке. Название судна и маршрут обычно указаны в специальном паспорте напитка. Все эти маневры сильно отражаются на цене, и не факт, что так же сильно на вкусе, но все равно, приятно. Экзотика…

Викинги

 
  В VIII веке эти скандинавские воины держали в страхе всю Европу. Более достойного занятия, чем регулярные набеги на соседние страны, для мужчины представить было невозможно.
 

Деньги

 
  Нa норвежских кронах (NOK) изображают преимущественно писателей, певиц и художников. причем последних похоже ценят в особенности - норвежский импрессионист Эдвард Мунк со своей «Меланхолией» изображен на самой большой по номиналу купюре в 1000 крон. Для того чтобы получить представление о цене того или иного объекта, цифру на ценнике нужно целить на 8,5 получатся евро.
 
Наверх

<<< Вернуться к списку статей


 
Норвегия известна на весь мир своими лососевыми речками. Попробуйте ловить «харлингом» и нахлыстом. Далее >>

Свяжитесь с Ильей по e-mail, ICQ или по телефону 938-51-09
Семга
Salmon

Ловлей семги, обитающей в естественных условиях, сегодня занимаются, в основном, рыболовы-любители. В последние годы доля семга составляет почти 40% экспорта норвежских рыбных продуктов. Далее >>

Главная страница | Норвегия |  Финляндия |  Швеция |  Статьи о рыбалке | Фотогалерея |  Контакты